17:07
Пятница, 20.10.2017
Главная » Статьи » Украина, Россия ,США, ЕС.....

Россию не пустят на Инджирлик
Почему Турция передумала открывать свою базу для российских ВКС

В понедельник, 4 июля, турецкие, а за ними и российские СМИ сообщили, что Анкара готова разрешить России использовать авиабазу НАТО «Инджирлик» на юге страны. Сейчас помимо турецких ВВС разрешение на использование базы есть у США, Германии, Великобритании и Катара. Кроме того, для участия в операции проамериканской международной коалиции против «Исламского государства» * на «Инджирлике» базировались самолеты Саудовской Аравии. Для США эта база является опорной в регионе. Считается, что там размещается часть находящихся в Европе американских ядерных авиабомб B-61. Поэтому информация о ее открытии для российских ВКС изначально звучала странно.

О неожиданном предложении Турции журналисты сообщили со ссылкой на телевизионное интервью министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу. «Мы будем сотрудничать со всеми, кто борется с ИГ. Мы открыли базу „Инджирлик“ для всех, кто хочет присоединиться к активной борьбе. И почему бы нам не сотрудничать в том же ключе и с Россией? — процитировали СМИ министра. — Турция готова к такому сотрудничеству. Терроризм — это наш общий враг. Механизм совместной борьбы важен, чтобы не происходили негативные инциденты». Чавушоглу также добавил, что обсудил вопросы борьбы с терроризмом со своим российским коллегой Сергеем Лавровым в Сочи 1 июля.

Но едва эксперты успели начать рассуждать о том, что значит предложение Анкары, как сам Чавушоглу опроверг свои слова, заявив, что его не так поняли и перевели. Он, якобы, имел в виду просто сотрудничество с Россией в борьбе с терроризмом, а не предоставление своей военной базы.

«Мы можем сотрудничать с Россией в борьбе с ИГ, но я ничего не говорил об использовании российскими самолетами базы Инджирлик. Турецкая пресса неверно поняла это, и в российской прессе это отразилось», — заявил Чавушоглу.

Это уже не первое разночтение в словах турецких политиков в последние дни. Все началось с письма турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана российскому коллеге, в котором тот выразил сожаление об инциденте со сбитым самолетом. Российская сторона восприняла это как извинение, а турецкая затем стала доказывать, что это было, скорее, соболезнование. Еще одна спорная ситуация возникла с вопросом выплаты компенсации за сбитый бомбардировщик. Сначала премьер-министр Турции Бинали Йылдырым заявил, что Анкара готова заплатить, а затем опроверг свои же слова.

Несмотря на словесную эквилибристику, эксперты отмечают, что Турция все же готова сделать шаг навстречу России, пусть и несколько своеобразно. Американское издание Financial Times несколько дней назад написало, что после примирения с Россией Анкара изменит свою стратегию в Сирии, отказавшись от поддержки вооруженных групп, оппозиционных режиму Башара Асада. Главной целью турецкого руководства отныне будет борьба с ИГ и подавление курдского движения.

Руководитель Центра Азии и Ближнего Востока Российского института стратегических исследований Анна Глазова полагает, что, несмотря на историю с несостоявшимся открытием «Инджирлика», в этой оценке есть доля истины.

— Когда дело касалось извинений Эрдогана, противоречия были вполне понятны. С одной стороны, ему нужно было извиниться перед Россией, а с другой — сохранить лицо перед избирателями, чтобы не выглядеть слабым. В случае с компенсацией тоже нет ничего удивительного. Турция всегда торговалась до последнего. Это касалось любых экономических проектов, и не сомневаюсь, что и сейчас все будет так же.

Что касается базы «Инджирлик», журналисты действительно могли неправильно что-то понять или перевести. Главное в том, что Чавушоглу подтвердил, что Турция готова сотрудничать с Россией. Судя по последним высказываниям турецкого руководства, взят курс на изменение региональной политики Турции, в первую очередь, в отношении Сирии.

Это связано с тем, что все последние годы, когда Анкара говорила о том, что Асад должен уйти, и проводила политику, направленную на его силовое свержение, показали: Турция не только не выиграла никаких политических дивидендов, но, напротив, получила множество проблем. Во-первых, в виде огромного количества беженцев, а во-вторых, в виде террористической угрозы, которая существует в стране из-за того, что руководство все эти годы поддерживало радикальные исламистские группировки, воюющие на территории Сирии. Сейчас они пожинают плоды такой политики.

Похоже, что сейчас взят курс на то, чтобы начать по-настоящему бороться с терроризмом. Для этого Турции совершенно необходима поддержка России. Несмотря на политические заявления, всем очевидно, что именно Россия приложила максимальные усилия для того, чтобы бороться с террористами, в первую очередь, с ИГ на территории Сирии.

Я не исключаю начала политических контактов между руководством России и Турции по урегулированию ситуации в Сирии в целом. Возможно, турецкое руководство изменит свой тезис о безусловном уходе Асада и начнет искать какие-то точки соприкосновения с нашей страной по этому вопросу.

Возвращаясь к «Инджерлику», нужно сказать, что Анкара всегда шантажировала США возможностью предоставления этой базы. Лишь недавно они дали добро на размещение там сил антитеррористической коалиции. Нам же эта база в любом случае не была нужна. Хотя бы потому, что у России есть достаточно возможностей, чтобы проводить необходимые военные операции на территории Сирии без нее, как это было до сих пор.

«СП»: — Financial Times написала, что теперь Турция сосредоточится на борьбе не только с ИГ, но и с курдами. Это ведь тоже вызовет противоречия с Москвой?

— Думаю, основной интерес Турции — склонить Россию хотя бы к тому, чтобы она не поддерживала курс на федерализацию Сирии и создание курдской федерации на ее территории. Такой сценарий для Турции является значительно большей угрозой, чем тот же ИГИЛ, и турецкие лидеры неоднократно об этом заявляли. Думаю, Анкара попытается вступить с нами в какие-то договоренности по этому поводу.

Для России, в первую очередь, интерес представляет сама готовность Турции сотрудничать с нами по Сирии. Но при этом главный вопрос для нас сейчас — это не курды и их самоопределение. В конце концов, это должен решать сам сирийский народ. Для нас самое важное в том, чтобы турки, наконец, закрыли границы, прекратили поддержку радикальных исламистских группировок оружием и боевой силой и начали процесс урегулирования.

«СП»: — А они готовы сделать это реально, а не на словах?

— В течение последних лет Турция показывала, что она не считает ИГИЛ серьезной угрозой своей безопасности. Более того, ее политика свидетельствовал о том, что руководство было вполне готово даже к каким-то формам сотрудничества. То, что сейчас происходит на территории Турции в плане всплеска терроризма, указывает, что это путь тупиковый. Нравится Анкаре или не нравится, но им придется выбирать — либо стабильность и борьба с террористической угрозой, либо поддержка террористов. В последнем случае Турция сама может превратиться в очередную горячую точку и потерять не только туристов из России и Европы, как происходит сейчас, но понести серьезные имиджевые и экономические потери, которые скажутся и на рейтинге Эрдогана.

Меня часто спрашивают, насколько искренним было извинение Эрдогана. Безусловно, никакой искренности в нем не было. Трудно ожидать от политиков подобного рода каких-то искренних слов. Речь шла о чистом прагматизме. Эрдоган в течение семи месяцев «не понимал», чего от него хочет Россия и за что он должен извиниться. А через семь месяцев, когда ситуация в стране стала угрожать его рейтингу и популярности, когда турецкие курорты оказались пустыми, что вызывало рост недовольство простых турок, не понимающих, зачем вообще нужно было сбивать российский самолет, прагматизм перевесил самолюбие. Все действия турецкого руководства нужно рассматривать с этой позиции.

Ведущий научный сотрудник Центра азиатских и африканских исследований ВШЭ Алексей Образцов считает, что заявление о базе «Инджирлик» могло быть сделано не только для России.

— Даже если бы такое предложение было, Россия вряд ли стала бы использовать «Инджирлик». Там расквартированы части НАТО, там натовская инфраструктура, и просто из соображений безопасности это нецелесообразно. Само заявление Чавушоглу о сотрудничестве с Россией — это демонстрация добрых намерений и готовности перейти от эффектных шагов к чему-то более серьезному. Но, мне кажется, на таком уровне взаимодействие пока и останется.

Говорить о том, что Турция перестает поддерживать оппозиционные Асаду группировки, преждевременно. Для этого нужно увидеть конкретные действия, перечень групп, от поддержки которых отказалась Анкара. Насколько я знаю, ничего подобного представлено не было и вряд ли будет. Кроме того, остается вопрос границы. Два известных перехода на спорном участке границы так и не были перекрыты. И представители Турции об этом пока ничего не говорят.

«СП»: — А что стало бы действительно серьезным шагом, свидетельствующим о том, что Турция готова изменить свою политику в Сирии?

— Например, перекрытие границы. Но, возвращаясь к отношениям Турции и России, хочу напомнить, что далеко не всегда шаг в отношении одной страны делается только для того, чтобы проявить свою заинтересованность в сотрудничестве с ней. Иногда это делается и для того, чтобы показать третьей стороне, что ей нужно менять свою политику. И в данном случае такая третья сторона — это Европейский Союз и, в какой-то степени, США.

Возможно, сближение с Россией направлено на то, чтобы подтолкнуть европейских и американских партнеров к более позитивной деятельности и к уменьшению антитурецкой риторики. Европейская политика в отношении Турции завершилась если не полным провалом, то, во всяком случае, не привела к тем результатам, на которые рассчитывали. Все оказалось гораздо скромнее и не так, как представлялось. Поэтому заявления Анкары о сотрудничестве с Россией нужно рассматривать и в свете отношений Турции с Европой и Западом в целом.

* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.


Турецкая база Инджирлик не нужна России даже даром
Глава МИД Турции неожиданно посулил России возможность использования авиабазы Инджирлик для борьбы с ИГИЛ, но вскоре дезавуировал это заявление. Остались два вопроса. Первый – что может стоять за столь резкой сменой внешнеполитического вектора? И второй – а нужна ли вообще ВКС РФ эта база с американскими военными в нагрузку?

За небольшой промежуток времени между двумя заявлениями Чавушоглу никаких официальных обращений в Москву по поводу сотрудничества в борьбе против ИГИЛ из Анкары не поступало, что подтвердил и пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Все это дало повод заговорить о профессиональной компетенции Чавушоглу как министра иностранных дел. Но на самом деле он нисколько не отклонился от привычного для Турции стиля ведения внешней политики.

У одного из самых знаменитых военных объектов Турции противоречивый международно-правовой статус. Формально она считается базой ВВС США в «совместном использовании» с турецкими ВВС и НАТО. Пентагон держит в Инджирлике 39-е вспомогательное авиакрыло транспортных самолетов и заправщиков, которое обслуживает несуразно большое количество персонала – до пяти тысяч американских военнослужащих. Соединенные Штаты являются и юридическими владельцами базы (то есть строений, двух взлетно-посадочных полос и всякого технического инструментария), а договор о ее строительстве и эксплуатации был заключен еще во время Второй мировой войны, когда союзники – каждый по-своему – играли с Анкарой в странные игры, а Анкара в итоге победила всех по очкам.

Не то чтобы Турция была ограничена в суверенитете над собственной территорией – большинство решений по такого рода военным объектам принимается волюнтаристски, без юридической очистки. Но при всем при этом турецкие ВВС не рассматривают Инджирлик как передовую базу, ориентируя свои ударные силы на аэродром у Эрзурума. А США теоретически вообще могут закрыть обе посадочные полосы по собственному желанию.

Есть некоторые основания полагать, что несуразно большое внимание, которое США уделяют Инджирлику, и столь огромный для скромной «заправочной станции» персонал связаны с тем, что на базе хранится неустановленное количество американских ядерных зарядов. Во времена холодной войны Инджирлик использовался в основном как база для самолетов-разведчиков, но после уничтожения U-2 Пауэрса этот статус потерял. Самолеты-разведчики были выведены из Турции, зато там появилось ядерное оружие. Его вывод из Турции был результатом компромисса после Карибского кризиса, но по факту американцы выводили из Турции не сами боезаряды, а носители – ракеты «Минитмен».

Еще один кризис вокруг базы случился в 1974 году, когда Конгресс в свойственной ему эмоциональной манере наложил эмбарго на военное сотрудничество с Турцией из-за войны на Кипре. Турки в ответ заморозили сотрудничество с американскими ВВС, но, что примечательно, реквизировать Инджирлик в пользу государства не стали. Анкара давно наловчилась капитализировать политико-военные издержки, связанные с ее историческими и инфернальными претензиями ко всем вокруг. Так, именно США после «кипрской войны» были вынуждены на свои деньги реконструировать, расширять и совершенствовать эту базу, а ведь война 1974 года в Восточном Средиземноморье – одно из немногих подобных событий в новейшей истории, к котором Вашингтон действительно никакого отношения не имел. То есть Анкара умудрилась вынудить американцев не только возобновить военно-политическое сотрудничество, отменив резолюцию Конгресса, но и вложиться в Инджирлик, который тогда уже не представлял для них принципиального интереса.

С 1991 года, в период перманентных ближневосточных кризисов, США использовали Инджирлик очень ограниченно. Например, оттуда взлетали старые истребители – контролировать воздушное пространство севера Ирака для соблюдения режима «бесполетной зоны». Но тогда, когда Ираку было уже не на чем летать, а американцы организовывали снабжение голодавших курдов. На Инджирлик же вывозили и самих курдов, которых потом отправляли на базу Рамштайн в ФРГ. Также Инджирлик прославился в американском корпусе морской пехоты как перевалочная база из Афганистана домой (через тот же Рамштайн) со всеми сопутствующими провинциальной Турции развлечениями.

Турки уже привыкли виртуально торговать Инджирликом в политических целях, хотя по факту не очень-то им владеют. В апреле они предлагали его Германии в долгосрочное пользование для все той же «борьбы с ИГИЛ» в обмен на то, что Берлин полностью реконструирует и саму базу, и инфраструктуру вокруг. Цена вопроса была – 65 миллионов евро, из которых 34 шли на новый командный пункт, 15 – на постройку жилой зоны, и около 10 – на расширение аэродрома. При этом речь шла о размещении всего нескольких германских самолетов-разведчиков «Торнадо» и пары самолетов-заправщиков для них.

Все это происходило в рамках «кризиса мигрантов», но для Анкары вполне нормально торговаться и с партнерами по блокам столь базарным образом, что уж тут о России говорить. После кризиса германо-турецких отношений Берлин перестал вести переговоры об использовании базы, но и без этого практическая заинтересованность Германии в более активном участии в операциях против ИГИЛ стала сходить на нет. Здесь важна не позиция Берлина, а мотивация Анкары. Министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу способен «сватать» Инджирлик одновременно и Германии, и России, а надо будет – и марсианам. Подобные приемы были общим местом политики еще Оттоманской империи. Иногда это называют «политической генетикой» – как ни переделывай фасад государственности (даже методами террора, как Ататюрк), базовые основы никуда не денутся. Любое правительство в Анкаре будет стремиться «разводить» европейцев посулами и восточной лестью вперемешку с завуалированными оскорблениями и «торговлей воздухом».

В этом смысле искать в словах Чавушоглу несоответствия или ловить его на некомпетентности – бессмысленный подход. Чавушоглу честно исполняет роль оттоманского визиря, которому совсем не трудно комментировать собственные слова в прямо противоположном их первичному содержанию смысле. Министр и впрямь ничего не говорил о том, что Анкара делает какое-то предметное предложение по поводу Инджирлика, речь шла о «союзниках по войне с ИГИЛ». Подобное мог подразумевать контекст его высказывания, но именно контекст, а также тональность проще всего дезавуировать задним числом.

Сравним две реплики. Вот изначальная, являющаяся ответом на прямой вопрос: «Мы будем сотрудничать со всеми, кто противостоит ИГ... Мы открыли базу Инджирлик для тех, кто хочет активно принять участие в ней (в борьбе с террористами). Почему мы не сможем точно так же сотрудничать и с Россией? ИГ – для всех нас враг, и с ним нужно бороться». А вот опровержение: «Я не давал такого комментария (о целенаправленном предоставлении базы России). Мы сказали, что можем сотрудничать со всеми, кто сражается против боевиков террористической группировки «Исламское государство». Мы заявили о готовности сотрудничать с Россией в борьбе с ИГ».

Что тут сказать? Может быть, Анкара и «открыла» базу Инджирлик, но что-то там никто, кроме американцев, не окопался. Получается что-то из серии «звали в гости, но забыли оставить адрес». Но главное в том, что помощь важна тогда, когда в ней нуждаются. А никто даже из прямых союзников по НАТО не просил Турцию предоставить ей не то что Инджирлик, а вообще какую-либо базу, кроме тех случаев, когда это обусловлено обязанностями по НАТО. При этом те же немцы были выпровожены турецкими военными властями с военно-морской базы Измира во время разбирательств с мигрантами.

Россия с просьбами по поводу Инджирлика или любой другой военной базы на территории Турции не обращалась – и не обратится даже в страшном сне. Для российской группировки в Сирии, и даже шире – для российских военных позиций в регионе, Инджирлик не представляет интереса. Косвенно он может быть полезен при проведении операций в Северном Ираке и в Курдистане (разной государственной принадлежности). Но Москва вполне способна договориться с нынешним правительством в Багдаде, если это потребуется хотя бы в теории.

Более того, само использование Инджирлика повлекло бы за собой столько сложностей для ВКС РФ, что лучше с ним не связываться. Зачем, спрашивается, нам такое счастье с американской военной полицией, многоуровневыми системами сканирования эфиров, тотальным прослушиванием, турецкими техниками и обслуживающим персоналом с липовыми документами? Базы Хмеймим в Сирии вполне достаточно, не говоря уже о том, что ее работа определена официальными договорами между Москвой и Дамаском, а гипотетический статус российских военнослужащих на базе НАТО (тем более формально принадлежащей США) был бы откровенно «птичий».

С точки зрения будущего учебника истории было бы, конечно, забавно приземлить там парочку транспортных «Илов». А еще лучше, не размениваясь на мелочи, возвратить Стамбулу (турецкое имя города, кстати, происходит от староосманского Islambol – полный, наполненный мусульманами) историческое название Царьград. Хорошо, согласны – пусть будет Константинополь. Чавушоглу мог бы и такое пообещать при должных раскладах, это нормально для турецкого внешнеполитического менталитета – обещать, торговаться, а потом, хитро блестя османскими глазами, все отрицать, мол, вы неправильно нас поняли. Восток – дело тонкое. Главное – не воспринимать это всерьез.

Категория: Украина, Россия ,США, ЕС..... | Добавил: Ленпех (05.07.2016)
Просмотров: 399 | Теги: Инджирлик, Турция, Реджеп Тайип Эрдоган, Сирия, Мевлют Чавушоглу, Башар Асад | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
МЕНЮ
Новости

Военный пенсионер.рф

Новости мира
Опрос
За кого Вы проголосуете на выборах Президента РФ
Всего ответов: 7808
Статистика
Яндекс.Метрика

Сейчас на сайте всего: 61
Гостей: 61
Пользователей: 0