10:54
Четверг, 08.12.2016
Главная » Статьи » статьи

Образование: служить или прислуживаться?

Эксперты обсуждают реалистичность первых громких заявлений главы Минобрнауки Ольги Васильевой.
Вся финансово-организационная система в школах построена на понятии «услуга», и уйти от этого, как предлагает новый министр, будет не так просто.

«Нам нужно изменить (и это нужно делать сейчас, сегодня и сразу) отношение общества к служению учителя. У нас должно исчезнуть понятие услуги. Услуг не может быть в образовании. Мы не оказываем услуги, мы воспитываем и обучаем будущие поколения страны», - заявила глава Минобрнауки Ольга Васильева, выступая на Всероссийском родительском собрании, которое проводилось накануне 1 сентября.

Также министр сказала о том, что в школу должна вернуться традиция советских производственных бригад. На тему трудовой деятельности уже разрабатываются методические рекомендации, которые начнут внедряться с 2017 года, сообщила она.

Словом, такого предмета, как «труд», по мнению Васильевой, в школах должно стать больше. А вот гаджетов - меньше. «Дома вы можете сделать все: блокировать программы и компьютерные игры, которые отвлекают ребенка от учебы, поставить программы, которые ограничивают скачивание файлов,— тут вы можете выбрать», - посоветовала она родителям.

«Что касается школы, я считаю, что там должна быть профилактическая замена. Чтобы ребенок занимался активной деятельностью, спортом, музыкой, чтобы отвлекать его от постоянного желания сидеть все время в Сети», — добавила она.

«Росбалт» поинтересовался у экспертов, проведения какого курса, судя по этим заявлениям, можно ждать от Васильевой на посту министра образования и науки, который она заняла 19 августа после внезапной отставки Дмитрия Ливанова.

Член комитета Госдумы по образованию Олег Смолин усомнился в том, что Васильевой удастся радикально изменить курс министерства, которое она возглавила.

«А вот философию образовательной политики, как мне кажется, она может поменять, и довольно существенно, - заметил он. - В этом смысле заявление о том, что образование — не услуга, что учителя — не обслуживающий персонал, что вообще образование не есть часть сферы обслуживания — это очень важно».

«Работа сферы образования (в этой части премьер Медведев прав) — это призвание, служение, если угодно — миссия, но никак не оказание услуг. Другое дело, что из этого вовсе не следует, что за эту работу не нужно платить. Напротив, если государство признает приоритет образования, значит, оно должно обеспечить высокий статус работников этой сферы. Если же мы считаем, что тем, кто работает по призванию, платить не нужно, то я хотел бы надеяться, что по призванию у нас работают и депутаты Госдумы, и члены Совета Федерации, и члены правительства», - заметил Смолин.

По мнению депутата, вряд ли новый министр в силах кардинально поменять экономику образования, но сами основы образовательной политики должны стать менее технократичными и более человечными.

В вопросе повышения роли трудового воспитания Смолин Васильеву поддержал. Иное дело, что, по его словам, все это нужно правильно оформить юридически. «Если мы просто скажем школьникам: «ребята, вы должны сегодня пойти и чего-то там вспахать», то можно нарваться на прокуратуру с вопросами об использовании детского труда. Но если трудовое воспитание войдет в школы как часть образовательной программы, это, с нашей точки зрения, абсолютно нормально, - считает собеседник «Росбалта». - Я знал массу деревенских школ, где ребята охотно работали на участках, потому что то, что они там выращивают, шло им же на стол. Я знаю школу Щетинина, где практически все, что построено, в том числе сами здания, сделано руками ребят, с их участием».

Отказ от понятия «услуга» в образовании требует гораздо большего, чем простой призыв к этому, полагает директор Центра образования №109, заслуженный учитель России Евгений Ямбург. «Есть такие вещи, как Бюджетный кодекс, система финансирования... Она вся построена на том, что образование — это услуга. В этой ситуации мы так и отчитываемся. Одно дело — наше внутреннее педагогическое понимание, другое — реалии. Если вслед за этим заявлением последует (в чем я очень сомневаюсь, потому что это почти невозможно) изменение системы финансирования, тогда да, можно говорить о каких-то реальных переменах. Но как это сделать, я не очень понимаю. С точки зрения идеологии, понимания миссии учителя, это абсолютно правильное заявление, но в законах образование значится как услуга, и тут ничего не попишешь», - отметил он.

Что касается приобщения школьников к труду, то, по словам Ямбурга, в нашей стране этот маятник все время качают то в одну сторону, то в другую. «Напомню, во времена СССР в Узбекистане ребята фактически не учились всю первую четверть, поскольку были заняты на сборе хлопка. И все это называлось «трудовым воспитанием. В 1990-е годы, чтобы прекратить неприкрытое использование детского труда, эту практику запретили. Но, как всегда, перегнули. Вы не поверите, сегодня у нас есть специальные законодательные акты, которые запрещают отрывать детей от учебы. Утрировано говоря, чтобы ребенок стер с доски, я должен подписать договор с родителем. Я считаю, это разврат», - подчеркнул он.

Педагог признался, что в Центре образования, который он возглавляет, есть и гончарная мастерская, и кузница, и парикмахерская, и ювелирка, и витражи. «Ко мне часто приезжают директора. Они недоумевают, когда видят, что дети сами убирают, обслуживают «посетителей» в школьном кафе. «Наши родители возмущаются, дескать, мы их вам учиться привели, а не тряпками махать», - делятся коллеги. Причем, зачастую такие выпады звучат от родителей в сельских школах, в школах, где учатся дети шахтеров. Такое барство! Я им отвечаю, что у нас в школе есть и дети рабочих, и дети крестьян (совхоз Московский), и дети министров, и рабов убирать за ними нет — все сами», - заметил он.

Формальности, по словам Ямбурга, решили очень просто: «Есть такой предмет — технология. Я прописал в программе «обслуживающий труд». Поэтому на все вопросы при проверке я отвечаю, что это часть программы, и управляющий совет это утвердил».

По его словам, директор одной сельской школы организовала в ней производство хорошего дорогого грунта. «Ребята работают, зарабатывают себе на поездки и в Москву, и в Питер, получают денежные премии. Но все это работает на грани фола, потому что, если к директору придерется прокуратура, то неизвестно, чем дело кончится», - заметил педагог.

По мнению Ямбурга, к этому вопросу нужно подходить с умом. «Я помню времена, когда производственный труд был приказан всем школам. Мои дети надевали резинки на пипетки по полкопейки за штучку, и это был отупляющий, идиотский труд, но нужно было отчитываться. Если это опять будет иметь характер кампании, мы ничего не добьемся», - считает он.

В качестве еще одного аргумента Ямбург привел опыт Макаренко. «Его коммунары производили самые современные по тем временам фотоаппараты ФЭД, а не надевали резинки на пипетки. Но чтобы такой труд организовать, нужна материальная база, нужно вкладывать деньги. А с ними в стране не так просто», - резюмировал он.

Уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович - автор многих школьных учебников, задачников и методических пособий по математике, а также статей по вопросам образования и воспитания, также отметил, что заявление Ольги Васильевой про образовательные услуги – это, скорее, изменение в риторике, чем в содержании.

«Вся финансово-организационная система построена, как это ни грустно, на понятии «услуга». Конечно, это можно назвать по-другому, но, по сути, финансово-экономическая система, причем, не только в образовании, но и в здравоохранении, и в соцзащите, выстроена именно на этом», - подчеркнул он.

Другое дело, считает Бунимович, что в образовании многое действительно зависит не только от финансовых механизмов, но и от риторики.

Неоднозначным, по мнению эксперта, представляется сейчас и предложение вернуть в школы трудовые бригады. «Как и многие вещи, это может привести к абсолютно противоположному результату. Сегодня речь должна идти о квалифицированном труде, современных технологиях — тогда это интересно. Если школьников отправят в поля, ничего хорошего из этого не выйдет. Это была просто отработка: дети воспринимали происходящее как возможность «законно» отлынивать от учебы. Вот если мы к такой практике возвращаемся, тогда дело плохо», - считает эксперт.

Но самой спорной показалась ему идея ограничить нахождение школьников в Сети. «Запрещать пользоваться гаджетами, компьютерами — последнее, что нужно делать, потому что на самом деле никто сегодня в мире не знает, что делать с информационными технологиями в том цифровом мире, в котором мы находимся. Ясно, что это огромная польза. Ясно, что это большая опасность и для детей, и для взрослых, кстати, тоже. Как перевести все это в пользу — вот, пожалуй, главный вызов, который стоит сегодня перед образованием, воспитанием», - заметил Бунимович.

«Нужно понимать, что информационные технологии так или иначе уже перевернули все образование - вне зависимости от того, что будет решено в чиновных кабинетах», - сказал он.

«Я помню, когда был в школе, нам запрещали писать шариковыми ручками. Нужно было пользоваться только перьевыми. Нам объясняли, что очень важен нажим пера. Думаю, сегодня никто в мире уже не помнит, что значит этот «нажим пера»», - аргументировал свою позицию эксперт.

«Нам нужно не столько запрещать, сколько думать, как это использовать во благо. К этому вопросу нужно подходить очень осторожно. Тем более, что в информационных технологиях дети сегодня понимают больше, чем взрослые — это уникальная история. Думаю, что любые ограничения они обойдут», - резюмировал Бунимович.


Источник

Категория: статьи | Добавил: rusakov08 (04.09.2016) E
Просмотров: 251 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
МЕНЮ
Новости

Военный пенсионер.рф

Новости мира
Опрос
Кто действительно защищает права военных пенсионеров?
Всего ответов: 283
Статистика
Яндекс.Метрика

Сейчас на сайте всего: 96
Гостей: 95
Пользователей: 1
strg