19:21
Четверг, 23.11.2017
Главная » Статьи » Новости МО и МВД РФ и мира

Тихоокеанский флот России «с треском» проигрывает гонку вооружений в АТР. Глобальные проблемы боевой устойчивости

Промедления с построением отечественного авианесущего флота являются лишь небольшой частью того комплекса проблем, который наметился в последнее время с темпами серийного производства других типов боевых кораблей основных классов. В то время как две ведущие американские судостроительные верфи «Bath Iron Works» (штат Мэн) и «Ingalls Shipbuilding» (расположена в штате Миссисипи и принадлежит подразделению «Northrop Grumman Ship Systems») чуть ли не каждый квартал или полугодие спускают со стапелей новый «Иджис»-эсминец управления ракетным оружием класса «Arleigh Burke Flight III», наша «Северная Верфь» уже 8-й год «выжимает» второй по счёту серийный образец фрегата ПВО пр. 22350 «Адмирал Касатонов» (класса «Адмирал Горшков»). Принятие же б/н «431» в состав СФ ожидается не ранее чем к 2019 году. И это НК основного класса! У американцев на вооружении ВМС состоит 64 «Арлей Бёрка» разных модификаций и ещё 4 - на этапе строительства. Что касается закладки первого атомного супер-эсминца пр. 23560Э «Лидер», который по противоракетным и противокорабельным возможностям будет эквивалентен двум «Арлей Бёркам», то произойдёт это событие не ранее середины 19-го года, а значит спуска на воду можно ожидать к середине 20-х гг., когда у американцев будет более 80 эсминцев, последние из которых оснастят перспективным многофункциональным РЛК AMDR вместо старых-добрых AN/SPY-1D(V).
Столь же неприятная ситуация наблюдается и с многоцелевыми атомными подводными крейсерами пр. 885 «Ясень» и 885М «Ясень-М». В состав флота поступила лишь одна субмарина этого класса К-560 «Северодвинск». Вторая МАПЛ/ПЛАРК, модернизированная по проекту 885М К-561 «Казань» и проходящая заводские испытания, готовится к принятию на вооружение ВМФ России в 2018 году. В этот момент на вооружении американских ВМС находится уже 13 сверхмалошумных подлодок класса «Virginia» 3-х модификаций (Block I/II/III), большая часть из которых придана определённым авианосным ударным группировкам и действует плечом к плечу с МАПЛ предыдущего поколения класса «Лос-Анджелес». Более того, не будем забывать, что все «блоки» «Вирджиний» обладают более низкой акустической заметностью, нежели наши «Ясени», что возможно за счёт применения развитого водомётного движителя.
Данное исполнение движителя должно быть введено и на модернизированных «Ясенях-М» (пр. 885М), но окончательное решение в СМИ ещё не просочилось. Детальная архитектура БРЭО, а также акустический профиль обновлённых «Ясеней» пока неизвестны, но уже сейчас понятно, что серия будет в разы меньше, нежели у американских субмарин. В условиях огромной удалённости флотов ВМФ России и крайне сложной их взаимозаменяемости, дефицит многоцелевых ударных подводных крейсеров формирует массу подводных и надводных «брешей» в обороне удалённых океанских подступов к стране. Также нехватка МАПЛ отрицательно скажется на массированности гипотетического удара стратегическими крылатыми ракетами 3М14Т «Калибр-ПЛ» по важнейшим стратегическим объектам ВС США на их территории, что отчётливо заметно на фоне регулярно совершенствуемой морской и наземной системы американской ПВО-ПРО. В то же время, ситуация с нехваткой не зацикливается на одних только надводных боевых кораблях основных классов и многоцелевых атомных подлодках, а затрагивает и такую подводную компоненту регионального значения, как дезель-электрические подводные лодки, играющие первостепенную роль в надёжной противолодочной и противокорабельной обороне ближних морских подступов к России.
Наиболее сильно эта проблема проявилась в Тихоокеанском флоте ВМФ России, в зону ответственности которого входит крайне нестабильный участок военно-политического «разлома» - западная часть Азиатско-Тихоокеанского региона. Несмотря на предельно позитивный фон встречи президента РФ В. Путина с южнокорейским коллегой Мун Чжэ Ином в ходе Восточного экономического форума, а также «прорывной» визит российского лидера в Японию, на встречу с Синдзо Абэ, не стоит питать иллюзий о «потеплении» отношений, эквивалентном стратегическому партнёрству, ведь все мы хорошо знаем, что именно Токио и Сеул размещают на своей территории всё больше и больше звеньев американской ПРО, разведывательной беспилотной авиации, а также ВМС США. И цель их заключается далеко не в блокаде одной лишь Северной Кореи с моря и воздуха. Тесное сотрудничество с этими государствами сродни «пригреванию змеи на груди»: любой эскалационный сценарий в Дальневосточном регионе (с участием КНР, КНДР или России) будет сопровождаться переходом РК и Японии на сторону США. На этом фоне, для более-менее верного прогностического анализа необходимо чётко изучить и сравнить потенциалы дизель-электрических составляющих подводных флотов сторон с учётом того, что главный рубеж столкновений пройдёт в пределах Восточно-Китайского, Японского и Охотского морей.
В данный момент на вооружении Тихоокеанского флота ВМФ России состоит 7 сверхмалошумных дизель-электрических подводных лодок пр. 877/М «Палтус» (Б-445 «Святой Николай Чудотворец», Б-394 «Нурлат», Б-464 «Усть-Камчатск», Б-494 «Усть-Большерецк», Б-190 «Краснокаменск», Б-345 «Могоча» и Б-187 «Комсомольск-на-Амуре»). Все эти подлодки построены на судостроительном заводе № 199 им. Ленинского Комсомола (ныне ПАО «Амурский судостроительный завод») в период с 1988 по 1994 гг., что обуславливает заметный износ узлов конструкции. Это не может не оказывать серьёзного влияния на акустическую заметность субмарин. В качестве энергетической установки на подлодках применяются 2 дизель-генератора 4ДЛ-42М суммарной мощностью в 2000 кВт (пр. 877), либо 30ДГ с общей мощностью 3000 кВт (пр. 877М). Для движения подлодок пр. 877/М используются 5500-сильные гребные электродвигатели ПГ-141/165, вращающие 6-лопастные гребные винты. Данные агрегаты позволяют разгоняться «Палтусам» до 19 - 21 узла в подводном режиме. Экономичный («тихий») ход (со скоростью 3 уз.) обеспечивается 130-сильным гребным электродвигателем ПГ-142/166. Гребные двигатели запитываются от 240 аккумуляторных элементов «446», расположенных в 2 ряда по 120 ед. Шестилопастные гребные винты «Палтусов» имеют сниженную частоту вращения (порядка 250 об/мин), что заметно снижает акустическую заметность ДЭПЛ вместе с различными вибропоглощающими материалами, и амортизирующими платформами, на которые установлены ДГ, основной гребной и экономный электродвигатели, а также 2 резервных электродвигателя суммарной мощностью 204 л.с.
Несмотря на отличную надёжность и взаимозаменяемость электродвигателей энергетической установки, передающей крутящий момент на гребной винт «Палтусов», она имеет один существенный недостаток - отсутствие анаэробных качеств. Дизель-генераторы ДЛ-42МХ или 30ДГ требуют регулярного (1 раз в 3-4 дня) всплытия на поверхность для подзарядки аккумуляторных элементов «Изделие 446» посредством работы в режиме РДП. В этот момент подлодка может быть крайне легко обнаружена с помощью бортовых АФАР-радаров бокового обзра AN/ZPY-3 MP-RTIP патрульных БПЛА MQ-4C «Triton» и AN/APY-10 противолодочных самолётов P-8A «Poseidon». Более того, её будет легко запеленговать по возвышающемуся над поверхностью шноркелю и выхлопным газам ДГ с помощью многоканального турельного оптико-электронного комплекса MX-20i (основа оптической разведки «Посейдонов»), способного с разрешением 1080p получить 50 - 70 - кратное увеличение любого участка морской/океанской поверхности.

Следовательно, на ограниченном морском театре военных действий (протяжённостью около 400 - 450 миль) с установившейся противолодочной обороной противника, «Палтусы» можно считать неатомными сверхмалошумными субмаринами «первых дней войны».Буквально за первые 3 суток подводного оперирования (до первой необходимости всплытия) подлодки должны выполнить весь спектр поставленных задач, среди которых как борьба с подводными и надводными средствами противника, так и нанесение ударов стратегическими крылатыми ракетами 3М14Т по береговым объектам противника. Реалии же современного ТВД в районе Японского и Охотского морей вгоняют подводную компоненту нашего ТОФ в жёсткие рамки, предусматривающие длительное подводное дежурство без всплытия на поверхность во избежание обнаружения противолодочными средствами противника.
С этой задачей могли бы справится многоцелевые атомные подводные крейсера пр. 949А/АМ «Антей» (К-186 «Омск», К-456 «Тверь» и К-150 «Томск») или торпедно-ударные пр. 971 «Щука-Б», но их акустическая скрытность гораздо хуже, нежели у ДЭПЛ и противостояние с ещё более тихоходными штатовскими «Вирджиниями» может закончиться фатально. Между тем, помимо присутствующей в западной части АТР подводной составляющей ВМС США, потенциальную угрозу для Тихоокеанского флота России представляют современные и активно развивающиеся ВМС Республики Корея и Японии. Первым неприятным моментом является то, что по количеству дизель-электрических подводных лодок флоты этих государств ровно в 5 раз превосходят наш ТОФ (37 против 7 субмарин соответственно). Вторым, ещё более тревожным сигналом является наличие у большей части данных подлодок воздухонезависимой энергетической установки. К примеру, на вооружении Военно-морских сил Южной Кореи состоит 9 анаэробных подводных лодок «Son Won - II», построенных на верфи судостроительной компании «Hyndai Heavy Industries» (HHI). Класс «Son Won-II» является упрощённой экспортной модификацией немецких ДПЛ Type 212A. Главным отличием южнокорейских образцов от детища «Howaldtswerke-Deutsche Werft» (HDW) является отсутствие технологического процесса размагничивания корпуса. В связи с этим подлодки «Son Won-II» (экспортное название Type 214) могут быть обнаружены с помощью детекторов магнитных аномалий, размещённых в магнитопрозрачном хвостовом обтекателе дальних противолодочных самолётов.
Но это не отменяет анаэробных качеств подлодок данного класса. Они оснащаются продвинутой воздухонезависимой энергетической установкой (AIP, - Air-independent propulsion) на 9 модулей водородных топливных элементов электрохимического типа суммарной мощностью 306 кВт, которые в подводном режиме (при скорости хода 3 узла) способны на протяжении 20 суток подзаряжать 288 серебряно-цинковых аккумуляторных элементов, расположенных в 2-х секциях по 144 элемента. Принцип работы электрохимического генератора заключается в химической реакции между кислородом и водородом, поступающими из ударостойких баллонов и стальных резервуаров в двухкорпусной кормовой части подлодки. Высокий уровень безопасности с одновременно длительным периодом работы ЭХГ заключается в методике хранения. Кислород охлаждён до сжиженного состояния с температурой -183°С, в то время как водород присутствует в гидридной форме (в соединении с металлами). Также аккумуляторы могут подзаряжаться и в стандартном дизель-электрическом режиме, за счёт работы дизель-генераторной установки MTU16V396, представленной 2 дизелями суммарной мощностью 8475 л.с. Движение подлодки осуществляется благодаря 7-лопастному винту, вращаемому одним 2400-сильным электродвигателем «Permasyn» от компании «Siemens».

Подводная дальность хода со скоростью 4 узла составляет 2310 км при использовании водородного-кислородного электрохимического генератора; для сравнения: состоящие на вооружении ТОФ ДЭПЛ пр. 877/М имеют дальность «электрического» хода 740 км, что в 3 раза меньше! Подлодки «Son Won-II» достаточно компактны: при длине корпуса 65 м и ширине 6,3 м, подводное водоизмещение составляет 1980 тонн. Корпус покрыт звукопоглощающими материалами, что позволяет в разы уменьшить дальность обнаружения посредством активного режима работы гидроакустических комплексов противника. Все эти технические моменты, вместе с небольшим размерами подлодки, дают ещё большую скрытность, нежели у «Платусов»/«Варшавянок».
Что касается комплекса управления вооружением, то его роль возложена на боевую информационно-управляющую систему (БИУС) ISUS-90. Рабочие терминалы экипажа с данной БИУС получают обобщённую информацию от комбинированного гидроакустического комплекса CSU-90, представленного: бортовым гидролокатором FAS-3-1, активной гидроакустической станцией EFS DBQS-40FTC, носовой активной ГАС EFS DSQS-21DG, низкочастотной гибкой протяжённой буксируемой антенной (ГПБА) TAS-3, комплексом ГА-разведки AN 5039A1, ГАС обнаружения мин EFS/Allied Signal FMS-52 и пассивной ГАС определения расстояния PRS-3-15 Как видите, номенклатура гидроакустических средств является одной из самых богатых среди данного класса неатомных субмарин. Следовательно, экипаж может чётко фиксировать подводную тактическую обстановку от ближней и первой дальней зоны акустической освещённости (5 - 35 км) до второй зоны акустической освещённости (70 - 140 км). «Палтусы» не только не могут похвастаться таким обилием гидроакустических датчиков, но и проигрывают южнокорейским анаэробным ДПЛ «Son Won-II» по характеристикам основного ГАК. В частности, интегрированный гидроакустический комплекс МГК-400М «Рубикон-М» («Shark Teeth») имеет ограничения инструментальной дальности, которые позволяют сопровождать надводные корабли на дальности лишь около 80 км и подлодки - 20 км; «Рубикон-М» не имеет в наличии пассивных бортовых акустических антенных решёток, что не позволяет определять дальность до шумоизлучающих объектов в пассивном режиме. И это далеко не полный список недостатков..
БИУС ISUS-90 также управляет минно-ракетно-торпедным вооружением, запускаемым из 8 носовых 533-мм торпедных аппаратов. Основным противолодочным вооружением, обладающим возможностью поражения подводных лодок и надводных кораблей, является торпеды DM-2A3/4 c дальностью хода 28 или 50 км. Но возможно применение и более дальнобойного варианта DM-2A4 «Sea Hake Mod 4 ER», который в ходе полигонных испытаний достиг дальности более 140 км. Наша передовая торпеда «Физик-2» действует на удалении чуть более 50 км: как-то настораживает всё это.Каждая «Son Won-II» способна взять на борт от 12 до 16 «Си Хэйков», аналогичное число ПКР «Sub-Harpoon», либо 36 якорных мин. Из всего вышеуказанного следует вывод: наши «Палтусы» могут противопоставить противнику лишь внезапный противокорабельный удар ракетами 3М54Э1 «Калибр-ПЛ», оснащёнными 3-маховыми маневрирующими боевыми ступенями, либо в самый неподходящий момент ударить по береговой инфраструктуре стратегическими модификациями «Калибров» 3М14Т из подводного положения. В дуэльной же ситуации пр. 877М вряд ли легко справится с субмаринами Типа 214.
Ещё одним классом подлодок потенциального противника в районах Японского и Охотского морей, без всяких сомнений, можно считать японские «Soryu». С марта 2009 года по март 2017 года в строй Морских сил самообороны Японии было введено 8 подлодок класса «Сорю», которые являются основой сверхмалошумного анаэробного подводного флота Японии вместе с 6 подлодками класса «Оясио», оснащёнными дизель-стирлинг-электрическими воздухонезависимыми энергетическими установками. До 2021-го года на вооружение должны быть приняты ещё 3 субмарины класса («Сейрю», №8125 и № 8126). В сравнении с другими ДЭПЛ/ДСЭПЛ, данный класс отличается более внушительными размером и водоизмещением: длина 84 м, ширина корпуса - 9,1 м подводное водоизмещение - 4200 тонн. Следовательно, под оружейные отсеки отводится гораздо больше внутреннего пространства, нежели у «миниатюрного» класса «Son Won-II». Так, для 6 533-мм торпедных аппаратов предусмотрено размещение 30 торпед «Type 89», либо аналогичное количество противокорабельных ракет «Sub-Harpoon». Следовательно, количество якорных и донных мин в арсенале одной подлодки может составлять порядка 35 ед.

Хорошо известно, что противокорабельные ракеты UGM-84D2 «Sub-Harpoon», обладающие дальностью 280 км, имеют дозвуковую скорость полёта (порядка 900 км/ч) и «бедный» список эффективных противозенитных манёвров при прорыве корабельных средств ПВО противника (наши КЗРАК «Кортик-М», «Кинжал» и С-300Ф «Форт» на ура перехватывают столь медленные средства воздушного нападения), но в случае с Тихоокеанским флотом России всё очень относительно. Взглянём на надводный корабельный состав ТОФ: из кораблей, способных обеспечить должную противоракетную оборону ордера, присутствуют ракетный крейсер пр. 1164 «Варяг» (один 6-канальный ЗРСК С-300 «Форт» и 2 ЗРСК «Оса-МА» на 2 целевых канала), эсминец «Быстрый» пр. 956 (6-канальный ЗРСК М-22 «Ураган»), 3 больших противолодочных корабля пр. 1155 «Удалой» (в сумме 6 ЗРК «Кинжал» на 24 целевых канала) и 1 корвет пр. 20380 (ЗРК «Редут» на 8 - 12 целевых каналов). В итоге складывается такая картина, что весь основной корабельный состав ТОФ способен одновременно запустить по воздушным целям около 50 зенитных управляемых ракет малой, средней и большой дальности, в то время как 8 японских подлодок «Сорю» способны запустить по нашему корабельному ордеру 160 «Гарпунов» подводного пуска. Но и это ещё не всё, ведь в ближайшие годы японская тактическая авиация сможет применять сотни 3-маховых ПКР XASM-3, способных прорывать немыслимую морскую ПРО противника. Закрывать глаза на эту проблему крайне трудно.
Пока наш надводный флот продолжает испытывать дефицит кораблей ПВО основных классов, суммарная целевая канальность одних только ЗРК ESSM на 4 эсминцах «Акидзуки» достигает 48 - 60 одновременно перехватываемых целей благодаря применению продвинутых многофункциональных РЛК FCS-3A, а есть ещё 4 «Конго» и 2 «Атаго» с БИУС «Иджис»! Всё складывается абсолютно не в нашу пользу.
Итак, подлодки класса «Сорю» вносят неплохую лепту в формировании мощного противокорабельного и противолодочного «щита» в Японском и Охотском морях. Счетверённая двигательная установка Стирлинга «Kawasaki Kockums V4-275R» обладает столь же высокими воздухонезависимыми показателями, что и электрохимический водородно-кислородный генератор субмарин Типа 214, благодаря чему японские экипажи могут по 2 - 3 недели вести сверхтихую охоту на наши подлодки и НК без необходимости всплытия. Для нашего же ТОФ уже давно есть уникальное решение данной проблемы - активное пополнение модернизированными неатомными субмаринами пр.677 «Лада», оснащёнными принципиально новым типом ВНЭУ, работающей по принципу риформинга дизельного топлива для получения водорода.
Более того, на данной субмарине установлен дополнительный «ракетный банкет» с УВПУ шахтного типа на 10 единиц многоцелевого ракетного вооружения, что в разы поднимет ударные качества неатомной подводной компоненты ВМФ России. По заявлениям заместителя главкома ВМФ России Виктора Бурсука, серия 677-го проекта «будет очень большой», а это значит, что хватить её должно на обновление всех флотов России. Тем не менее, на текущий момент лишь одна подлодка со стандартным дизель-электрическим двигателем Б-585 «Санкт-Петербург» находится в опытной эксплуатации Северного флота ВМФ России, а замена ЭУ на воздухонезависимую пока находится лишь в наших мечтах и на определённом этапе разработки в стенах СПМБМ «Малахит» и ЦКБП МТ «Рубин». Что касается Тихоокеанского флота, то к 2020 году он получит две новые «Варшавянки» пр. 636.3, продолжающие уступать южнокорейским и японским подлодкам.
Автор: Евгений Даманцев

Категория: Новости МО и МВД РФ и мира | Добавил: Ленпех (13.09.2017)
Просмотров: 450 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 2
+1   Спам
миг 13.09.2017 12:23
СЛЫШИМ ОДНО ОТ НАШЕГО ГАРАНТА А НА ДЕЛЕ ПОХОЖЕ ДЕЛА ТО НЕ ОЧЕНЬ!! Не зря говорят БОЛТАТЬ МЕШКИ ВОРОЧАТЬ
+1   Спам
Стоик 13.09.2017 12:51
При Сердюкове был просто развал, а при Шойгу - развал с элементами ПИАРА! cool
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
МЕНЮ
Новости

Военный пенсионер.рф

Опрос
За кого Вы проголосуете на выборах Президента РФ
Всего ответов: 11592
Статистика
Яндекс.Метрика

Сейчас на сайте всего: 155
Гостей: 152
Пользователей: 3
Скай, behtin49, Стоик