11:04
Суббота, 27.05.2017
Главная » 2012 » Февраль » 24 » Армия без офицеров, Россия без армии
08:56
Армия без офицеров, Россия без армии
Новость на Newsland: Армия без офицеров, Россия без армии

Всех патриотов России очень волнует и тревожит современное положение дел в Армии, потому что она является единственным гарантом безопасности нашего Отечества, спокойствия и созидательного труда граждан нашей Великой страны. Особенно велика роль армии в настоящее время, в эпоху глобализации, когда во всех частях планеты тлеют старые и разгораются новые военные конфликты с использованием всех видов самого современного оружия.

Кроме того, в конце прошлого столетия в мире была развязана бескровная, но самая беспощадная по своей сущности мировая война – информационная, применяющая крайне разрушительное оружие - средства массовой информации. Используя новейшие научные и технические достижения, они приобрели огромнейшую по своему влиянию на умы и чувства людей силу, способную манипулировать сознанием, осуществлять контроль над личностью и ее мировоззрением, чтобы навязать потенциальному противнику программируемый информационный образ мира. В этой войне агрессор, активно используя информационные технологии, с помощью которых можно управлять массами, минуя территориальные границы, начал борьбу за энергетические ресурсы, питьевую воду, пахотные земли и национальные полезные ископаемые. В информационной борьбе недруги России, с ее необъятной территорией и уникальными природными богатствами, отводят ей особую и очевидную роль. Именно на Россию устремляет свои взоры мировой агрессор, именно она является тем государством, которое надо расчленить и уничтожить в первую очередь.

Об этом знали еще наши предки. Не случайно в процессе формирования России как государства героизм, мужество ее защитников, мощь и слава русского оружия были неотъемлемой частью величия российской державы, гарантией ее целостности и независимости. Становление и развитие России – это во многом непрерывная борьба за свою независимость, поэтому военному фактору в российской истории принадлежит особое место.

Постоянная экспансия с запада, востока и юга обрекли народы России на изнурительную и бескомпромиссную борьбу за выживание. Только с 1228 по 1462 г ., по подсчетам русского историка В.О. Ключевского, Русь вынесла 160 войн. А из 537 лет, прошедших после Куликовской битвы до момента окончания Первой Мировой войны, Россия провела в боях 334 года. В XX веке на долю России выпали более грозные и жестокие, чем когда-либо испытания.

Даже известный английский историк А.Тойнби, которого трудно заподозрить в особых симпатиях к России, аргументировано доказывал, что «русские оказывались жертвами агрессии значительно чаще, чем их соседи». Вопросы вооруженной защиты, строительства и управления вооруженными силами всегда оказывали непосредственное влияние на экономический и политический строй российского государства, что, по сути, являлось вынужденным ответом на военные угрозы извне и преследовало цель создания эффективной системы военной безопасности.

Испокон веков Россия традиционно сохраняла свою государственность благодаря своим двум вернейшим союзникам - Армии и Флоту. Не случайно п рофессия воина-защитника всегда была почетной на Руси. Среди национальных приоритетов государства русские цари и императоры уделяли первостепенное значение укреплению и строительству вооруженных сил, основу которых составляли офицеры. Кто хочет иметь сильную армию, должен иметь хорошо обученный офицерский корпус, потому что офицеры — душа армии, они хранители ее боевого духа и носители воинских традиций. Государство, которое забывает уделять внимание воспитанию, развитию, и поддержанию офицерства, ставит под сомнение вопрос самого существования вооруженных сил, превращая их в декорацию и самообман.

И сегодня Вооруженные Силы являются важнейшим элементом системы национальной безопасности. В XXI веке их мощь будет определяться не только технической оснащенностью, выучкой личного состава, моральным духом войск, но и образованностью, боевым искусством командного со­става. От патриотизма и профессионализма офицеров в зна­чительной степени зависят судьба Отечества, предотвращение войн и будущее России.

Корпус офицеров русской армии является историческим предшественником современного офицерства, родоначальником его важнейших традиций, творцом уникальных нравственных ценностей, доставшихся нам в наследие. Он был вызван к жизни ре­формами Петра I и формировался под влиянием державного духа Александра Невского, Дмитрия Донского, Дмитрия Пожарского, Михаила Скопина-Шуйского, Михаила Воротынского, других князей и воевод, воплотивших в себе лучшие качества русского воинства. Навсегда останутся в памяти потомков славные победы великих полководцев и флотоводцев: Петра Великого, П. Румянцева, А. Суворова, М. Кутузова, Ф. Ушакова, Д. Сенявина, М. Лазарева. Ими, их соратниками и учениками — П. Багратионом, А. Ермоловым, И. Гурко, М. Скобелевым, М. Черняевым, П. Нахимовым, В. Корниловым, С. Макаровым и другими, — создавались регуляр­ные вооруженные силы, самобытная «наука побеждать», утверждались высокие понятия об офицерском звании и чести.

Служение России — это путеводная идея русского офицерства, которая далеко выходила за рамки военного дела, проявлялась в государственной и общественной сферах, в области науки и культуры. Офицерами были все российские императоры. Погоны носили многие знаменитые поэты и писатели, композиторы и художники. Велик вклад офи­церов в развитие географии, геодезии, статистики и других наук.

Вожди армии — выдающиеся офицеры — играли исключительную роль в смутные времена и годины испытаний. «В трудные и опасные минуты исторической жизни общество всегда простирает руки не к ораторам или журналистам, не к педагогам или законникам, а к людям силы, к людям, повелевать умеющим, принуждать дерзающим!» — писал в этой связи выдающийся мыслитель Константин Леонтьев.

Служить русский офицер всегда стремился по призванию. Чувствуя в своей душе священный огонь патриотизма, он проникался «религией войны, поэзией военного дела». На военнослужилом сословии, на его подвижничестве всегда держались Россия. Офицерство было не только душой военной организации, но и несущей конструкцией государства, его главной охранительной и творческой силой, двигающей военное дело по пути его неуклонного развития.

В XX веке в силу объективных и субъективных причин на долю армии, а значит, прежде всего, русского, советского и российского офицерства выпало немало испытаний. Они были связаны со многими причинами, проявившимися в ходе исторического развития нашей страны, главные из них: реформирование армии, порой основанное на волюнтаристском подходе руководителей государства к проведению реформ, недостаточное внимание к вопросам обучения и воспитания офицеров и солдат, уничтожение принципов преемственности армейских традиций, отсутствие достаточного оснащения армии всеми видами довольствия и вооружением и негативное отношение к армии со стороны общества.

Начало процессу массированных ударов по офицерству положила Русско-японская война. Поражение России в этой войне на фоне революционных волнений привело к негативному отношению общества к офицерскому корпусу.

Первая Мировая война нанесла кадровому офицерству, одной из важнейших ценностей армии, серьезный урон. Только в первые 10-12 месяцев войны офицерский корпус потерял до 75 процентов своего состава. Лишившись наиболее верной части командного со­става, России практически потеряла армию. По словам военного министра генерала А.Ф.Редигера «Его уже не мог заменить тот суррогат, зачастую буквально безграмотного прапорщика, который наскоро фаб­риковался во время войны» (1).

После Октябрьской революции на долю офицерства выпало пережить внутренний раскол, участвовать в Гражданской войне, испытать гоне­ния, эмиграцию, репрессии. Но и в этой трагедии проявилась благородная личность русского офицера, высветились его высо­кие нравственные качества: готовность к самопожертвованию во имя Родины, любовь к военному делу, работа на будущее российской армии. И хотя ре­волюция и гражданская война привели к упразднению, рассеиванию и истреблению значительной части офицерского корпуса, но и в оскорбленном состоянии бывшие офицеры продолжали работать на пользу Родины, создавать теорию будущих войн, открывая новые главы военного дела.

Бурно развивалась военная мысль. Русский офицерский корпус выдвинул целую плеяду блистательных военных умов. Достаточно вспомнить А. Хатова, П. Пестеля, Д. Милютина, Р. Фадеева, М. Драгомирова, Н. Обручева, Г, Леера, Н. Михневича, Д. Масловского, А. Мышлаевского, А. Геруа, А. Баиова, Е. Мартынова, Н. Головина, А. Незнамова, А. Свечина... Их творчество привело к формированию классической русской военной мысли, капитал которой велик и бесценен, но, к сожалению, даже сейчас все еще недостаточно нами востребован.

Благодаря усилиям офицеров царской России Советский Союз к 1930 году имел современные вооруженные силы, мощь которых признава­лась всеми вероятными противниками. Однако в 1937-1938 гг. был нанесен очередной удар по офицерству. Абсолютное большинство «военных специалис­тов», а заодно с ними и многие командиры новой генерации были объявлены «врагами народа», участниками белогвардейских и ан­тисоветских военно-фашистских мифических заговоров и шпионами. Тысячи из них погибли в сталинских застенках и лагерях.

В результате Гражданской войны и последующих репрессий творческий дух был угашен, преемственность прервана, многовековая офицерская школа и профессионализм в значительной степени утрачены, что сразу же негативным образом сказалось уже на ближайшей Советско-финской войне 1939—1940 гг. «Если бы не было 1937 года, то не было бы войны 1941 года», — отмечал впоследствии маршал A.M. Василевский. Историк О.Ф. Сувениров на основе серьезных исследований пришел к выводу: «Трагедия Красной армии в 1941-1942 гг. во многом, а может быть, и в основном, прямое следствие трагедии РККА в 1937-1938 гг.» (2).

Но руководство страны понимало, что государству нужна была сильная армия. Достижения социализма нуждались в защите, поэтому в довоенные годы был создан мощный идеологический аппарат, открыты многие военные училища, где системе обучения и воспитания командного состава уделялось большое внимание. Армия оснащалась самыми современными видами техники и вооружения.

В ходе Великой Отечественной войны командный состав, сменивший безвинно репрессированных «врагов народа», в боль­шинстве своем был «выбит» уже в начале боевых действий, и совет­ский офицерский корпус фактически воссоздавался уже в ходе самой войны. Так, «к 1945 г . в Советской Армии командовали полками 126 офицеров, начав­ших войну рядовыми и сержантами. Новый боевой опыт, наработка на­выков военной культуры, традиций в итоге были оплачены непомерной кровью рядовых и офицерских кадров и гражданского населения» (3).

Только в ходе войны отношение к старому (русскому) офицерскому корпусу стало меняться, что стало мощным стимулом в достижении Великой Победы. На щит были подняты имена великих русских полководцев. Исчез негативный образ русского офицера («кон­тра», «золотопогонник», «белогвардеец», «офицерье» и др. оскорбительные клички), восстановлены были многие воинские традиции (4): на­граждение «историческими» орденами и медалями, возвращение «золотых» погон и самого слова «офицер», воссоздание гвардии (с 1941 г .), кадровой армии и т.д. Введением погон, в частности, предполагалось решить несколько задач: подчеркнуть, что Советская армия является законной преемницей доблести и боевой славы старой армии, един­ственной наследницей ее традиций; укрепить авторитет и единонача­лие командных кадров, напомнить им об ответственности, достоинстве и чести, символом которых всегда были погоны.

В «Красной звезде» (7 января 1943 г .) по этому поводу отмечалось, что «мы наде­ваем погоны в великую и трудную годину Великой Отечественной войны. Обессмертим эти знаки воинского различия и воинской чести новыми подвигами во славу нашего Отечества и нашей героической армии» (5). Многие советские офицеры действительно почувствовали себя наследниками и продолжателями славных побед русского ору­жия. Ведь возвращение прежней воинской атрибутики совпало с пере­ломом в ходе войны и начавшимся широким наступлением Советской Армии (6).

Но несмотря на все эти меры и суровые уроки войны, настоящей преемственно­сти между русским и советским офицерством установлено не было. В послевоенное время русская военная история, биографии и труды предшественников широко не изучались. Реабилитация репрессиро­ванных бывших «красных» офицеров растянулась на годы, а «белых» — на десятилетия. Их общее идейное и военное наследие, нравственный пример зачастую игнорировались.

Тем не менее, советскую офицерскую школу в той или иной мере можно считать наследницей славных традиций русских офицеров, потому что командиры и военачальники довоенного и военного времени обучались и воспитывались офицерами старой русской армии.

Если в годы военного лихолетья, руководство страны уделяло большое значение вооруженным силам, видя в них гарант безопасности Отечества, то новое политическое мышление, которые принес в стратегию развития государства М.С. Горбачев, А.Н.Яковлев и Б.Н.Ельцин вместе с перестройкой и развалом Советского Союза нанесли офицерству сокрушительный урон. В результате офицеры в очередной раз потеряли Отечество, оказавшись в армиях различных государств (бывших респуб­лик СССР), а то и по разные стороны баррикад. Доверие к армии за всю историю ее существования упало до самой низкой отметки.

Тысячи грамотных и высокопрофессиональных офицеров было уволено. Результат этого вопиющего легкомыслия и политической близорукости обозначился уже через пять лет во время Чеченской компании.

Боевые операции планировались и проводились непрофессионально, а зачастую бездарно, как будто не было десятилетней Афганской войны, которая научила командиров всех уровней ведению боевых действий в горной местности.

Но и после Чечни выводов в отношении обучения и воспитания командиров, особенно звена взвод-рота-батальон руководством страны и Министерства Обороны сделано не было. Офицерский корпус, получивший опыт ведения партизанской войны в горах Афганистана и Северного Кавказа, продолжал уничтожаться. Уходили и увольнялись самые лучшие, самые честные офицеры. Только за 1996-1998 гг. Вооруженные Силы Рос­сии (и их более чем 350-тысячный офицерский корпус) добровольно покинули 60 тыс. офицеров в возрасте до 30 лет — несколько от­борных офицерских дивизий! (7).

В 1999 году досрочно уволились с военной службы 35 тыс. офицеров, из них почти половина в званиях от лейтенанта до капитана. Каждый год 7-8 тыс. молодых офицеров, получив высшее образование и немного послужив в армии, писали рапорта на увольнение, 10-11 тыс. курсантов, отбыв два года в военных училищах, переходили в гражданские вузы. Уходили не только курсанты и лейтенанты, но и золотой фонд армии — капитаны и майоры, накопившие значительный служебный и боевой опыт (8).

Следует отметить, что уже к этому времени значительно изменился качественный состав офицерского корпуса. Можно смело утверждать, что 1991 год был последним годом полноценной боевой учёбы российских Вооружённых Сил. После него настал фактический паралич учебного процесса в войсках. Эти разительные перемены связаны с тем, что после развала СССР, впервые в истории нашего Отечества руководство страны стало рассматривать Вооруженные силы не с позиций стратегических интересов государства, а с финансовых точек зрения. Такой легковесный подход в принятии основополагающих для суверенитета и безопасности государства решений имел и продолжает иметь самые разрушительные последствия для армии и страны.

Уже к 1993 году финансирование боевой учёбы упало более чем в 10 раз. А к 1995 году боевая учеба практически замерла даже на уровне одиночной подготовки солдата.

В ВВС налёт в авиации упал до 10-15 часов в год, что не обеспечивало даже минимального уровня безопасности полетов. Но даже этот «минимум» налёта был доступен далеко не всем. Так, например, из 1500 летчиков, выпустившихся из училищ с 1995 по 2000 год, 400 лётчиков вообще ни разу (!!!) за эти годы не поднялись в небо.

Если в 80-х годах первый класс пилоты получали в 27 – 29 лет, то к середине 90-х этот возраст отодвинулся до 35 – 37 лет.
Не лучше обстояли дела и на флоте. Если в 1991 году наплаванность надводных кораблей составляла за год в среднем 120 суток, а для кораблей несущих боевую службу — более 200 суток, наплаванность АПЛ в среднем составляла 180 суток, а дизельных — 210 суток, то уже к 1994 году наплаванность для надводных кораблей упала до 10 суток, атомных подводных лодок — 15 суток, дизельных — 12. При этом научно обоснованный минимум для всех классов кораблей составляет 40 - 60 суток.

В Сухопутных Войсках существовала научно обоснованная и проверенная десятилетиями система командирской подготовки офицеров всех видов и родов войск. Но и здесь уровень упал до катастрофически низкой отметки! Если до 1991 года батальонные и полковые учения были обязательным элементов каждого периода обучения, и количество полноценно подготовленных комбатов и командиров полков мерялось сотнями, то уже к 1994 году даже батальонные учения перестали проводиться, не говоря уже о полковых и дивизионных, а количество командиров дивизий, руководящих полноценными дивизиями вообще сократилось до единиц.

Некоторый толчок росту уровня подготовки офицеров Сухопутных войск дала первая чеченская компания, выдвинувшая несколько десятков талантливых генералов и командиров частей. Но эти офицеры стали профессионалами ещё в Советской Армии. К тому же большая часть из них вскоре после этой войны была уволена.

В связи с вышеизложенным становится понятно, что существует существенная разница в уровне подготовки офицеров до 1991 года и после 1991 года ( прим авт . 1991-1998 гг. – годы полного упадка армии). И фактически сегодня офицерский корпус России по уровню своего образования и подготовки разделён на две неравные части. Это постепенно уменьшающаяся доля старших офицеров, успевших послужить в Советской Армии и получить там достаточно высокую подготовку и огромная масса молодых офицеров, пришедших в армию после 1991 года. Среди них не мало способных командиров, но общий уровень подготовки офицерского состава, конечно, серьёзно уступает тому, которым обладает «советское» поколение офицеров. И это объяснимо – их становление пришлось на период, когда боевая подготовка войск была фактически свёрнута.

Одним из важнейших принципов нашей армии, её уникальной составляющей являлась непрерывная учёба офицеров. Вопреки мнению дилетантов, учёба офицера никогда не ограничивалась классическими ступенями «училище – академия - академия Генерального Штаба». Это были скорее карьерно-служебные ступени, определявшие рост офицера. Но как профессионал он складывался и рос в войсках, где действовал принцип «Старший учит младшего». Командир роты обучал своих взводных и соответственно определял наиболее перспективных офицеров, комполка – комбатов, комдив – командиров полков и так вплоть до командующего войсками военного округа. Система командирской подготовки в войсках определялась приказами главкомов и командующими родами войск. Такой подход к обучению в войсках позволял все эти годы сохранять непрерывную преемственность офицерского корпуса и его высокий профессиональный уровень.

Но из-за сворачивания боевой учёбы, массовых сокращений эта система подготовки стала терять свою эффективность. В войсках начали «расти» комбаты и командиры полков не имеющие опыта реального боевого управления батальонами и полками. Прошедшие чисто «административное» командование этими штатными единицами, многие из которых числились таковыми лишь на бумаге. Всё это привело к тому, что сегодня войска испытывают огромный дефицит полноценно подготовленных комбатов и командиров полков. Доходит до того, что обучением их приходится заниматься управлению армий и округов, где ещё сохраняется ядро офицеров, имеющих навыки командования советскими подразделениями и частями.

В последние годы совершенно безответственно увольняют тот костяк офицеров и генералов, который ещё способен управлять войсками, восстановить их боеспособность, организовать полноценное обучение армии. Это те офицеры, кто в советское время успел вырасти хотя бы до командира роты, и сегодня имеют выслугу не меньше 23 лет. Получается, что под сокращения попадают почти все самые подготовленные и опытные профессионалы от командиров дивизий и командармов, офицеров органов военного управления до преподавателей военных училищ и академий.

Увольняются Герои СССР и России, профессионалы, прошедшие по несколько войн, кандидаты, доктора и профессора наук. В результате, страдает качество профессиональ­ного военного образования. Военная мысль не развивается, лучшие достижения зарубежной военной науки и наш собственный боевой опыт не изучаются, и не внедряется.

В итоге в настоящее время, армия фактически обескровлена. Офицерский корпус Российской армии по всем своим качествам и показателям не дотягивает до уровня ведения современной войны. Последние события в Южной Осетии показали реалии армейской действительности. И, казалось бы, после такой проверки войск на профессиональную пригодность, должны быть намечены пути к устранению выявленных недостатков, пересмотру системы подготовки войск и командного состава в первую очередь. Но последнее реформирование, проводимое министерством обороны показало, что задуманное создание нового облика Вооруженных сил совершается непонятными и необъяснимыми методами не с государственной, не с нравственной и профессиональной точек зрения. И все этого происходит в то время, когда в России нет ни приня­той Национальной стратегии развития и безопасности, ни Военной доктрины.

Решения, принимаемые Министерством обороны по сокращению последнего, можно смело сказать, «золотого» фонда профессионалов- офицеров советской школы, боевых частей и учреждений Вооруженных Сил Российской Федерации, без соответствующего анализа и обоснования со стороны Генерального штаба ведет не только к росту негативных настроений в армейской среде и российском обществе, но и к возникновению большого количества вопросов…

Какой стратегической необходимостью обусловлено сокращение в сухопутных войсках количества частей и соединений в двенадцать раз, в ВВС-ПВО почти в два раза, в ВМФ тоже в два раза? РВСН сократят на треть, ВДВ на двадцать процентов. Почему подвергается сокращению наиболее дееспособная и бое­способная структура армии — ГРУ ГШ. И это происходит в наше неспокойное время, когда все армии мира формируют или усиливают подобные структуры, а наш «перспективный облик» таких структур командования даже не предлагает.

Почему обсуждаются планы о переводе Вооружённых Сил с «четырёхзвенной» системы управления на «трёхзвенную»? Зачем уничтожать дивизионное звено, если оно призвано быть матричной основой действия воинских частей и кузницей высших офицеров армии?

Если предположить, что мы пытаемся копировать американскую систему организации и управления, то нельзя забывать, что армии России и США имеют принципи­ально разное боевое предназначение. У нашей - задача защищать Родину в границах свого государства, а армия США предназначена для экспедиционных действий и «наведении порядка» на чужих территориях. Но даже и в армии США всегда существовали и существуют штабы дивизий, которые готовы в любой момент произвести отмобилизование, принять в свою структуру имеющиеся бригады и другие части, организовать управление и действовать полнокровными дивизиями на любом театре военных действий.

Непонятно зачем в период масштабного финансового кризиса поспешно сокращать офицерский корпус России, а значит, уничтожать сотни тысяч рабочих мест, не имея возможности создать новые и адекватные рабочие места в экономике, тем самым усложнять и так непростую обстановку в стране? Тем более, что по самым скромным подсчетам такая «реорганизация» будет стоить очень дорого.

В редакции Министерства обороны массовые увольнения офицеров обозначаются термином «оптимизации» офицерского корпуса. В докладе министра обороны на заседании Государственной Думы было сказано, что из 310 000 офицеров, числящихся сегодня в нашей армии, через три года останется 150 000. Это значит, что будет уволен каждый второй офицер. При этом министр объяснил, что сначала уволят всех, кто достиг предельного возраста службы – 26 000 в этом году и 9 000 в следующем, а за тем уволят 117 000 остальных (9).

Офицерский корпус после перестройки и развала СССР понес невосполнимые потери. Казалось бы в такой обстановке необходимо срочно принимать меры к сохранению костяка офицерского корпуса России, имеющего опыт командования войсками и ведения боевых действий, независимо от лет их выслуги и возраста, но решения по этому важнейшему вопросу не принимается и не планируется.

Сохраняющиеся в рядах Вооруженных Сил советские профессионалы - это поистине «золотой фонд» армии, её опора и костяк. Вместо повальных сокращений и увольнений необходимо максимально удерживать их на службе, пока не будет полноценно восстановлены утраченные за эти годы возможности армии и флота. Ведь при современных условиях развития вооружения и техники для того, чтобы подготовить командира взвода требуется минимум 5-6 лет, командира роты 7-8 лет, командира батальона – 10-12 лет, а командира полка 15-18 лет.

Не создаются также на основе службы офицеров в запасе организованные резервы видов Вооруженных Сил, в то время как в России нет вообще никаких войсковых резервов стратегического уровня и взять их будет неоткуда, хотя в обозримом историчес­ком будущем России наверняка предстоит участвовать в военных конфликтах и войнах.

«Оптимизация» офицеров происходит вместе с реформированием десятков высших военных учебных заведений и академий. Часть из них сокращают, часть переводят с места на место, не задумываясь о разрушении материально-технической базы учреждений, которая создавалась на протяжении десятилетий. Ведь потребуется не только перевезти и вновь установить уникальное оборудование, организовать специализированные классы, лаборатории, смонтировать тренажеры, но и в условиях отсутствия жилплощади сохранить профессорско-преподавательский состав. Но об этом никто не задумывается. Министерство обороны активно увольняет из рядов Вооруженных сил преподавателей Академий и военных университетов, тех, кто обучают и воспитывают офицерские кадры.

Известно как бережно во всем мире относятся к системе военного образования. Когда в Германии после Первой Мировой войны было запрещено иметь вооруженные силы, немцы делали все возможное, чтобы сохранить систему военного образования. И результатом стало то, что уже в тридцатых годах немецкая армия стала одной из самых могучих армий в мире и смогла начать новую мировую войну. Таким образом, сохранив офицерский корпус, Германия спасла армию.

 

Вместе с «перестроечным» уничтожением офицерского корпуса, размеров которого армия не знала на протяжении последних трехсот лет, уничтожается и институт прапорщиков – профессиональных помощников офицеров. На их место планируется поставить сержантов нового типа. Но зачем уничтожать категорию прапорщик, если нового сержанта взять негде, а идеи об их под­готовке при офицерских училищах пока остаются только намерениями?

Если мы опять таки пытаемся идти в кильватере Вооруженных сил США, то нельзя забывать, что сержант там формировался на протяжении столетий. Поэтому там сержанты в отличие от нашей армии занимают многие офицерские должности. Но этим путем американцы шли долго, постепенно определяя функции сержанта и его обязанности. У нас тоже был период, когда обучением и воспитанием солдата занимался сержант. После Великой Отечественной войны Министр обороны СССР, Маршал Советского Союза Г.К.Жуков говорил, что «в Армии командует он и сержант», но после него основная функция по обучения и воспитанию воинов постепенно перешла к офицеру. Техника и вооружения становились с каждым годом все совершеннее и сложнее, и для его использования требовались действительно подготовленные, высокообразованные и профессиональные офицеры.

Создается впечатление, что структурная перестройка организационной системы Вооруженных Сил, кардинальное сокращение численности личного состава армии и флота, соединений и частей, развал военной науки и системы военного образования проводятся без научного обоснования, военно-стратегического анализа и прогнозирования, без серьезной экспертной оценки, к тому же бесконтроль­но, без соответствующей подготовки и всестороннего осмысления проводимых мер и решений. В истории нашего государства уже неоднократно применялся подобный волюнтаристский подход к решению задач по реформированию армии и флота, когда руководством страны или министерством обороны ставилась цель, а потом Генеральный штаб и другие ответственные структуры пытались обосновать ее. Вспомним хотя бы начало шестидесятых годов прошлого столетия. Тогда, по причине приоритетного развития Ракетных войск стратегического назначения, из рядом Вооруженных сил было уволено более миллиона солдат, офицеров и сверхсрочнослужащих других видов и родов войск.

Следует отметить, что проводимая реструктуризация армии и флота осуществляется в очень напряженной международной обстановке, когда страны НАТО ведут активные боевые действия в Ираке и Афганистане, где войска оттачивают свое военное мастерство, испытывают новые виды техники и вооружения, совершенствуют способы и методы ведения боевых действий. Возникает вопрос, а существуют ли угрозы безопасности нашей страны? Можно смело ответить, что да.

Если раньше существовала военная опасность развязывания войны, то сейчас появились уже зримые военные угрозы. Последние события на Кавказе показали вектор развития военно-политической обстановки в мире и в прилегающих к России регионах.

Более того, на фоне обострения межгосударственных противоречий, многие страны мира, чье руководство рассматривает Россию в качестве вероятного противника, включая США, увеличивают военные расходы и активизируют военные приготовления. Анализ показывает, что Запад готовится к войне, причем к войне достаточно крупномасштабной, и подтверждения этому выводу имеются.

Так, бюджеты министерства обороны стран НАТО на 2008-2009 года увеличились на триллион долларов. Бюджет обороны США за 2,5 года увеличился в 2,5 раза. Если в 2004-2005 гг. он был около 400 млрд. долларов, то сейчас прямые поступления на нужды армии составляют около 800 млрд. долларов. По различным другим статьям на военные расходы выделяется еще 200 млрд. Итого, почти триллион долларов. А у нас 40 млрд. долларов, причем из них более миллиарда ушло на очередной ремонт и отделку комплекса зданий министерства обороны.

У наших вероятных противников проводится корректирование планов перевооружения техники и вооружения на новые образцы оружия очередного поколения, которое планируется провести к 2012-2015 годам. Россия в этом отношении уже отстала на два поколения. Если в советское время перевооружение в нашей армии проходило одновременно с американцами, то после развала Советского Союза, мы практически не оснащали войска новыми видами оружия. К тому же в настоящее время промежуток между сменой вооружения и техники уменьшился с 20-25 лет до 15-18 лет.

Сейчас армии стран НАТО переходят на технику и вооружение шестого поколение, а у нас еще четвертое не достаточно освоено, не говоря уже о средствах связи, разведки и обнаружения. Сейчас в вооруженных силах страны активно используется, доживая свой век, образцы техники, разработанные в шестидесятые годы, принятые на вооружение в семидесятые годы и построенные до середины восьмидесятых годов.

В последние годы в восточно-европейских странах строятся заводы по производству стрелковых боеприпасов, закупаются самолеты военно-транспортной авиации. В западных армиях активно вооружаются и готовятся специальные подразделения различных родов и войск. У нас в это время происходит все с точностью наоборот. Структуру ГРУ ожидают значительные сокращения, и ее выводят из федерального подчинения. Части и подразделения этой организации переподчиняют командующим округам. А самые элитные, заслуженные части расформировывают.

Кроме 67 «Бердской» (называемой так по месту дислокации) отдельной бригады специального назначения, являющейся одной из самых молодых и самой заслуженной боевой частью, планируется ликвидировать еще 12 бригаду в Асбесте и 3-ю бригаду в Самаре.

«Реструктуризация» идет по всем направлениям. Министром обороны снова «активирована» директива от 21 февраля 2008 года о замещении должностей офицеров и прапорщиков гражданскими специалистами.

Полгода назад, после почти единодушного протеста специалистов, доказавших абсурдность и непродуманность этих планов, её отозвали, но не отменили. Тогда эксперты утверждали, что исполнение этой директивы приведёт к тому, что в боевой обстановке неизбежно возникнет хаос и дезорганизация, поскольку не связанный присягой и обязанностью подвергать свою жизнь риску, гражданский персонал может игнорировать любые приказы, представляющие угрозу жизни. В мирное же время это «распогонивание» приведет к развалу тех немногих оставшихся эффективно функционирующих систем и массовому уходу специалистов из армии.

Под каток реформирования попала и военная медицина - сегодня одна из немногих эффективно функционирующих систем нашей армии. В ходе последней Чеченской компании военные медики смогли добиться впечатляющих результатов, когда уровень смертности раненых, доставленных в госпитали, снизился до менее чем одного процента. В военной медицине сегодня сосредоточены блестящие врачебные кадры, развёрнуты и функционируют высококлассные лечебные учреждения.

Военным медикам уже объявили о планах по сокращению до 2012 года 66-и госпиталей. Врачам офицерам предлагается демобилизоваться и приступать к работе в качестве гражданских специалистов. Объявлено, что из 14 тысяч военных врачей к 2012 году оставят лишь 4 тысячи.

Хотелось бы сказать еще несколько слов о контрактной армии. В России солдат никогда не служил за деньги . Издревле существовала и славилась в народе самая почетная профессия – защитника Отечества. Воины Руси, Российской империи и СССР защищали свою землю из-за любви к Родине, своему народу, вере, языку, истории, культуре, всему тому, что рождало чувство национально-духовного единения. Никакая даже самая суровая дисциплина не могла бы создать в России армию, заставить ее сражаться и побеждать, если бы солдаты не были связаны внутренним чувством солидарности, не сознавали себя интуитивно членами единой нации. Существует хорошее высказывание « За деньги умирать нельзя, за деньги убивать можно! ».

Истинный патриотизм состоит в чувстве долга перед Родиной. А наивысшим проявлением этого долга всегда была военная служба. Это почетная обязанность каждого гражданина страны.

В настоящее время можно смело утверждать, что продолжение проведения военной реформы прежними методами и в режиме полной секретности является угрозой национальной безопасности России. Необходимо кардинально изме­нить подходы к ее проведению, и постараться сохранить, прежде всего, офицера – носителя духа армии. Дух армии всегда являлся важнейшим показателем развития военной организации общества. Известно, например, высказывание Наполеона о том, что успех в военном деле на три четверти зависит от духовных элементов и только на одну четверть от материальных.

Значение духовного фактора в мирное и военное время всегда стимулировало необходимость духовно-просвети­тельской и воспитательной работы в армейской среде, в кото­рой принимали участие руководители страны, общество и все институты государства, и не в последнюю очередь - Русская Православная Церковь – хранительница духовных ценностей и исторической памяти. В течение веков она занималась подлинным патриотическим воспитанием и определяла национальную самоидентификацию, которые основывались на знании традиций, исторического пути России и ее религиозности.

Православие, пронизывавшее все стороны российской жизни прошедших эпох, отражалось на образе мыслей, поведении наших предков, формировало их отношение к себе и окружающим. Призванный в армию новобранец приносил туда те нравственные и духовные ценности, в которых он был воспитан. Он нёс туда страх Божий, любовь, ответственность, чувство долга перед Отечеством. Поэтому в армии Российской империи от­сутствовало такое понятие, как дедовщина, а русский солдат отличался добрым отношением не только к сослуживцам, но и к врагам.

По словам митрополита Антония (Храповицкого), религиозное чувство служит основой духовного подъёма и высшей воин­ской мотивации для русского человека. «Без этой высшей рели­гиозной и патриотической поэзии, — писал он, — военная служ­ба не может достигать своего предназначения, особенно в военное время, когда люди должны жертвовать жизнью за свой служебный долг».

Русская Православная церковь утверждала, что согласно учению слова Божия, между воинством и Церковью нет границ, между ними тесная связь. Воин должен строго и точно по долгу совести и присяги исполнять обязанности свого звания и тогда он становится самым верным, самым благонадежным сыном Церкви, преданным и послушным слугой Царя и Отечества.

Православные традиции на протяжения веков формировали нравственный облик русского воина, и были всегда настолько сильны, что наше воинство называлось христолюбивым. Ни к одной другой армии неприложим этот эпитет. Русский воин, на протяжении веков отличавшийся ве­ликодушием, миролюбием и подлинно христианским отноше­нием к своему ратному служению, оказался достоин этого вы­сокого звания. Полагая свои души «…за други своя», православные воины исполняли тем самым заповедь Спасителя о любви.

Когда в России появились регулярная армия и флот, нравственные начала, заложенные в основу воинских уставов, были христианскими, потому что традиционные духовно-нравственные ценности русского воинства всегда были фундаментом армии. Поэтому введение Императором Петром Первым института военного духовенства было логичным и обоснованным решением. Это событие стало отправной точкой в процессе становления и развития системы воинского воспитания.

В настоящее время Церковь также как и в прежние века призвана поддерживать фактор устойчивой нравственной силы в Армии, тем более это актуально сейчас, когда прежний институт политработников прекратил свое существование и нравственным и патриотическим воспитанием солдат и офицеров никто не занимается.

Давно назрела необходимость создания в Армии института военного духовенства. Его миссию в настоящее время в войсках выполняет Синодальный Отдел Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями, руководимый протоиереем Димитрием Смирновым. Но вся работа, проводимая этим Отделом в войсках, строится пока исключительно на добрых личных взаимоотношениях между священнослужителями и отдельными военачальниками и командирами, понимающими необходимость воспитания воинов на исконно русских, христианских ценностях. А кто, как не Церковь, в течение тысячелетия формировавшая нравственные качества воина, может справиться с этой задачей. Почему-то до сих пор присутствие священников в нашей Армии не воспринимается серьезно, в то время как в армиях США и Европы давно создан и активно действует институт военных капелланов.

Знаменитый военный теоретик А. Керсновский, написавший замечательный труд по истории русской армии, подчеркивал: "Сущностью русской национальной военной доктрины является превосходство духа над материей”.

Российская армия может быть сильна только пониманием необходимости своего служения.

На протяжении веков высокие духовные качества обеспечивали не только сплоченность, мужество и отвагу воинов на поле брани, но и в условиях мирного времени позволяли прочно объединять воинские кол­лективы, мобилизовывать личный состав на выполнение задач по защите Отечества.

В современных сложных экономических и политических условиях роль духовного фактора неизмеримо возрастает. Это определяется значительным падением морально-нравственных ценностей в обществе, произошедшим в результате радикальных изменений в общественно-политической жизни страны после развала СССР. А духовность армии нельзя рассматривать без оценки духовности общества, которому она служит.

Известна прописная истина: «Тот, кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую». Извечные старые истины как нельзя актуальны и сегодня. Время не властно над ними. Если у России будет Армия, будет и Россия.

Да поможет нам Бог!

 

(1) См.: Мириюшкин А.Л.Помни войну//Философия войны.-С.120. См. также: Чернавин В.В. К вопросу об офицерском составе старой русской армии к концу ее существования. Публикации И.В.Образцова//Военно-исторический журнал.-1999.-№6 –С.29-33.

(2) См.: Сувениров О.Ф. Трагедия РККА 1937-1938.-М.: ТЕРРА,1998.-С.343.

(3) Сенявская Е.С. Психология войны в XX веке. Исторический опыт России.- М.: Российская энциклопедия, 1998.-С.116.

(4) См.: Кривицкий А. Традиции русского офицерства. – М.:Воениздат,1945.

(5) См.: Ганичев П.П. Воинские звания. – С.76-79.

(6) См.: Сенявская Е.С. Психология войны в XX веке.-С.117

(7) Хошенко В. Дивизии, которые мы потеряли//Ориентир.-1999.-№ 3.-С.72.

(8) См.: Сокирко В. Господа офицеры//Московский комсомолец.- 2000.-24 февраля; Талов Б. «Дешевые» офицеры дорого стоят//Российская газета.- 1999.-14 мая.

(9) См.: Из выступления Министра Обороны РФ А.Сердюкова на заседании Государственной Думы 25 февраля 2009 года.

Владимир Алексеевич Азаров
Категория: Новости МО и МВД РФ(архив) | Просмотров: 1327 | Добавил: Ленпех | Теги: Россия, армия, реформы | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
МЕНЮ
Новости

Военный пенсионер.рф

Новости мира
Опрос
За кого Вы проголосуете на выборах Президента РФ
Всего ответов: 2908
Статистика
Яндекс.Метрика

Сейчас на сайте всего: 48
Гостей: 47
Пользователей: 1
strg